Мое зверье

Заметки, написанные в "Доцезаревский период" автором этого сайта:

…1992 год… В моей двухкомнатной квартире-«хрущевке» нас живет шестеро: я, сын и четыре собаки.

 

Так вот, об этих четверых членах нашей семьи я и хочу рассказать.

 

Четырехлетний ризеншнауцер, по имени  Шатанкуцкой Дик - в миру Джер, Жора. Джер попал ко мне в возрасте 2,5  месяца – он был привезен из Венгрии, от чемпионов мира и стоил по тем временам баснословно дорого.

 

Однако, я мужественно заняла все до копейки деньги и вот у меня на руках черный Ной и Джербородатый упрямец, из которого, по моему мнению, обязан был вырасти чемпион.

 

Особых проблем у меня с ним не было. Буквально через два дня после нашего знакомства, он научился подходить по команде «ко мне» и трогательно усаживался рядом, обязательно поставив свои передние лапы мне на ногу. Иногда на прогулке, на него внезапно нападала хандра, Джер усаживался посреди дороги, и никакими силами нельзя было его сдвинуть с места. Из квартиры вывести кроме меня, его никто не мог. Он отчаянно упирался, брыкался, всем видом показывая, что ни-с-кем, ни-ког-да, ни-за-что….. С первого же дня, он при виде наших гостей-приятелей демонстративно укладывался у входной двери, давая понять, что из квартиры можно выйти только через его труп. Приходилось силой оттаскивать его от двери, однако, Жора тут же падал на спину, и Вы сами понимаете, то оттащить лежащую собаку намного труднее, чем сидящую….

 

Джер оказался необычайным умницей. В 3, 5 месяца он прекратил устраивать в квартире наводнения и совсем почувствовал себя взрослым. Когда я приходила с работы – он никогда не бросался обниматься, он, сидя, вертел хвостом и вообще, всей нижней частью туловища, морщил физиономию – улыбался, и до того это было уморительно, что бросалась обниматься я.

 

Взрослея, он обнаруживал все более импонирующие мне черты – он никогда не лаял на прохожих, никогда не позволял мне что-либо нести в руках – буквально вырывал сумку из рук и чинно доносил до квартиры, никогда не затевал драк с собаками. Правда, после нескольких вынужденных боев, Жора перестал избегать драк и теперь не трогает только мелких собак, но если они, обнаглев, теряют чувство меры, он слегка встряхивает наглеца и, с чувством глубокого удовлетворения наблюдает, как разум побеждает наглость.

Легко он и дрессировался. В год мы с ним уже сдали общий курс, и одна из судей даже прослезилась от умиления и восторга по поводу того, как чисто он работал.

 

Когда Джеру было 2, 5 года, в дом принесли суку черного той-пуделя по имени Жаклин Гарсиа д’Эль Диамант, в миру - Лялька.

 

Ляльке был 1 месяц и 10 дней. Совсем кроха - помещалась на ладошке.

 

ЛялькаПоставили сокровище на пол. Джер совершенно ошалел от нашего приобретения. Долго пытался разобраться, что это такое мы притащили. С полчаса он разглядывал Ляльку, заходя с разных сторон, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую, затем, видимо, решил, что все равно понять невозможно, оставил эту затею на будущее.

 

Сокровище целый вечер моталось по квартире, поджав хвост, путаясь в своих и Джериных ногах, и к ночи угомонилось, забравшись на край Жориного матрасика. Джер, укладываясь, долго кряхтел, сопел, боясь столкнуть новоявленную даму, и отчаянно трусил, что в нем не заметят джентльмена.

 

На следующее утро наша дама освоилась. Хвост – пистолетом, и…. Боже, что она творила с бедным Джером! Она на нем спала, она висела как клещ на его бороде, она кусала его за задние лапы, чесала ему уши, ела на нем, закапывая ему в шерсть вкусные кусочки…..

 

Точно также она обращается с ним и сейчас и только ей Джер разрешает делать все, что ей заблагорассудится. Однажды мы наблюдали очень интересную сцену: Лялька играла с мячом, который великодушно предложил ей Джер. По малолетству и неопытности мяч она упустила и тот откатился в сторону, Жора лапой подкатил ей мяч и так он наблюдал за ее игрой и помогал в случае неудачи в течение 45 минут. Это была очень трогательная картина.

 

Кормили Ляльку из солонки. Наша дама была настолько мала, что даже не могла съесть все сразу и подходила к своей миске по нескольку раз. Когда еда, наконец, заканчивалась – в солонку наливали воду. Мы долго не могли понять, каким образом вода постоянно оказывалась на полу, а потом заметили, что своенравная особа демонстративно лапой опрокидывала солонку с водой на пол, мол, не пью и не тянет. Если очередная кормежка задерживалась на 10-15 минут, Лялька хватала зубами свою солонку и с грохотом волокла ее по полу, всем видом показывая, какая она голодная и несчастная, как ее не любят и с негодованием заталкивала злополучную солонку подальше с глаз, да так, что мы всей семьей искали ее, ползая под диванами и шкафами.

 

Короче говоря, Лялька твердо усвоила, что Джер – это ее собственность, но никак не наоборот. Когда к Жоре приезжают на вязку – это приводит Ляльку в шоковое состояние. – Как он может кого-то любить, если рядом она! Сидя в соседней комнате и от возмущения вопя на весь квартал, она приводит в смущение и Жорину невесту и ее хозяев. Но зато потом, когда ненавистные ей невесты уезжают, она снова царит над всем и вся. Она снова уверена, что теперь-то уж Жора от нее никуда не денется.

 

Катастрофой для нее стало наше следующее приобретение. Полгода спустя в дом принесли месячного щенка черного карликового пуделя. Ангерран де ля Фер Сэмболь дю Ботэ – сумасшедшее имечко… Он был настолько мал, что даже зубов не было. Мы устроили его в коробку, постелили одеяло, положили меховую шапку, и… спокойная жизнь у нас закончилась. В первую же ночь, ближе к утру Гера (впоследствии – Героин, Наркотик) начал истошно вопить, требуя завтрак. Лохматые домочадцы столпились возле коробки и с осуждением наблюдали за наглецом (они ведь себе такого никогда не позволяли). Гера оказался акселератом. Развивался не по дням, а по часам (поднимать лапу стал в два месяца – совершенно невероятно :))Гера

 

Спустя несколько дней мы обнаружили, что Гера с легкостью акробата преодолевает высоту коробки, напрочь игнорируя прорезанный лаз. Взять Геру на руки было нельзя. Он начинал угрожающе рычать, скалиться – прямо крокодил, а не пудель, причем, ни уговоры, ни ласка не помогали. Таким он и остался, хотя на ринге ведет себя безупречно.

 

В квартире поселился ураган. Невзирая на статус первой дамы, он нещадно теребил и мусолил своими беззубыми челюстями Ляльку и ей ничего не оставалось, как спасаться на диване.

 

ОНА ЕГО возненавидела и стала усиленно придумывать, как от него избавиться…

 

Буквально через две недели после появления Геры, у нас в доме стали происходить странные вещи. Судите сами: наша умница Лялечка смирно укладывается спать со мной на диване и просыпается по утрам тоже со мной на диване, а за ночь, в коробку к Гере, какая-то нечистая сила сгребает все, что только может подвернуться под руку, вернее под зубы: сигаретные пачки и сигареты, сломанные и измельченные в труху, спичечные коробки, содержимое пепельницы, если я забыла ее вытряхнуть, карманные календарики с подоконника на кухне, монеты, пуговицы, найденные неизвестно где и т.д. и т.п. И утром, возмущенная Лялька, демонстративно смотрит с дивана в коробку и всем своим видом говорит: «Вот, полюбуйтесь, какую дрянь в дом пустили! Это ж только подумать – он еще и вор?!» Когда мое терпение лопнуло, Ляльке пришлось популярно объяснить, что Гера до кухни еще не дорос и все эти гадости на ее совести. Она все поняла и решила буквально - «не мытьем, так катаньем».

 

Через несколько дней, вернувшись с работы, я обнаружила, что клубок ниток, извлеченный из моего вязания, которое я легкомысленно оставила на диване, раскатан и размотан по кухне и комнате – пришлось снова объясняться с Лялькой. Зато на следующий день, желая доказать, что это вовсе не она, несчастный клубок оказался раскатанным по всей абсолютно квартире, запутанным между ножками стульев, пианино, подставки под телевизор и т.д., а остаток покоится в Геркиной коробке. Вот тут-то, наконец, сложенной газетой ей попало всерьез. Видя, что немного переборщила и чуть-чуть недооценила меня – Лялька «падает в обморок». Единственно, до чего она не додумалась, так это глаза – она забыла во время «обморока» их закрыть. Я ставлю ее на лапы, а она падает – ну не может ребенок стоять и все… Отнесла ее в спальню и положила на диван. Захожу через две минуты – лежит в той же позе, но на полу появилась, извините – кучка. Ухожу на кухню и зову ее – стремглав прилетает, прыгает на диван в кухне и… снова падает: «Вот, мол, до чего довели, паралич разбил!» Пришлось отправляться с ней на прогулку, чтобы ликвидировать паралич. Вволю набегавшись, про все неприятности забыла, однако, больше клубков в коробке у Геры мы не находили.

 

Теперь наш Джер превратился в кактус: Лялькино место было у него на спине, а Геркино – между ушами. Так они спали, так ждали очередную еду. Таким образом, состояние кактуса для Жоры стало нормой жизни. Черный Жора - и на нем черные отростки.

 

С присутствием Геры Ляльке пришлось смириться. Но впереди их ждало еще одно испытание.

 

Через два месяца после появления Геры, из Праги приехал двухмесячный Бен од Хамичек – черный цвергшнауцер. Тут уж самолюбие оказалось ущемленным у Геры. Разница в возрасте у них составила чуть меньше месяца (Бен – младше), а стаж проживания у нас в доме на целых два месяца больше у Геры, и первое, что сделал Гера, увидев Бена – запрыгнул на диван и задрал лапу. – Нате Вам!

 

Бен – Боня – Бонифаций оказался трусом. Очень долго мы с ним возились, прежде чем он почувствовалБоня себя «на коне». Да еще Гера без конца выяснял кто в доме хозяин. С Боней мы хлебнули, он боялся всего, даже падающего носового платка – орал так, как будто его режут. Можете себе представить – наказывают Геру, а орет Боня. Много позже, я думаю, что таким образом он выражал свое сочувствие.

 

Боня оказался самым благородным из всех троих малышей. Он, в отличие от Геры, никогда не трогает Ляльку, а постоянно берет ее под свою защиту. И если играет с ней, то очень тактично и нежно, но тут же встревает Гера и все дело заканчивается шумом, гамом, а иногда и разборкой. Гоняет всех псов в округе, защищая обоих пуделей и все эти псы, завидев Боню, удирают, поджав хвост. Он нагнал такого страху на всю округу, что даже, если в какой-то момент его не оказывается рядом, все равно, все собаки обходят пуделей стороной.

 

Особо хочется сказать о совместных прогулках Бони с Джером. Каждый из них гуляет автономно, однако каждый знает, что не один. Боня занимается тем, что без конца вертит головой, выискивая собаку покрупнее. Завидев ее, впадаетДжер и Боня на прогулке в истерику – создается впечатление, что его уже доедают, на помощь несется Джер и не разбираясь, начинает драку, Боня, дождавшись помощи, благоразумно уступает поле боя и отправляется на поиски нового объекта.

 

Боня никогда не выясняет отношений с Герой – для него и так понятно, что он больше, сильнее и, естественно, в стае мелочи – главный. Гера, чувствуя свою несостоятельность, никак не может успокоиться. Если я глажу Боню – Гера закатывает истерику, начинает жевать Боню, меня и все что попадается на глаза. Если в доме затеяли драку – это Гера, если сделали какую-нибудь гадость – будьте уверены – инициатива принадлежит Гере. Съеденные башмаки наших гостей, съеденные книги, документы, мебель, одежда и провода (и где он только их находит) – это снова Гера. Ни одна собака в доме не доставляет столько хлопот, сколько Гера.

 

Очень интересное отношение наших собак к кошкам. Жора испытывает к ним чисто спортивный интерес. Он должен сорвать ее с места, а потом долго наблюдает, куда и как она убегает. Пуделя демонстративно не замечают кошек, а Боня их яро ненавидит. Бросается на них грудью, гонит до ближайшего дерева и только потом удаляется с чувством исполненного долга.

Не изменил его даже случай, когда кошка свалилась ему на голову.

 

В детстве, да в общем-то и сейчас, все четверо безумно любят покушать. Миски вылизываются до блеска, подбираются упавшие крошки и все чинно рассаживаются вокруг стола в приятном ожидании. В лучшем случае, все получают по куску хлеба, который очень любят, в худшем – я без церемоний выдворяю всю команду из кухни и на этом ритуал заканчивается.

 

Зато на улице они давали себе волю. Я была вынуждена надевать на четырехмесячного Джера намордник. Став чуть постарше, он изобрел другой метод. Демонстративно не замечал рыбьих голов, костей и прочих уличных «деликатесов», но стоило мне отвернуться, как, схватив в пасть очередную гадость, Жора благонравно пристраивался у моей ноги, без команды шел рядом, беззвучно прожевывая злополучный кусок.Джеру 3 года

Лялька и сейчас пытается стянуть что-нибудь со стола, не говоря уж об улице, но делает это крайне осторожно и уличить в преступлении ее очень трудно. Единственно, что утешает в данной ситуации – это то, что она выплевывает находку сама, не дожидаясь окрика. Единственно, перед чем она устоять не может – это сыр. За сыр она сделает все, вероятно даже под танк бросится.

 

Гера, в юности, беззастенчиво собирал на улице всю дрянь, которая попадалась на пути.

 

Бонифаций быстро усвоил, что есть на улице – безнравственно. Самое большее, что он себе позволяет, это, не удержавшись, схватить найденную «вкусноту», но увидев мои глаза, с отвращением выплюнуть: - мол, надо же, какую только гадость не найдешь… Зато дома он оттягивался на полную и достиг виртуозной ловкости. Умудрялся слопать масло из закрытой масленки. И если, притаившись за кухонной дверью, и услышав позвякивание чайной ложечки в кофейной чашке, я влетала в кухню, невозмутимый БоняБоня с совершенно непроницаемой физиономией восседал именно там, где, уходя, я его оставила.

 

К счастью наши собаки практически никогда не болели. Были мелкие недомогания, но ни с одной из «собачьих» болезней они связаны не были. Очевидно, сказывается сбалансированное питание и, в обязательном порядке, ежедневная порция мяса.

 

Но вот для малышни наступила пора выставок. Лялька и ее наградыЛялька, как старшая, начала выставочную карьеру с 7 месяцев. С триумфом она прошла массу выставок, неизменно получая высшую оценку и приз.

 

Остальная компания, похоже, пойдет по ее стопам. У обоих по одной выставке и оба прошли первыми.

Что нравится мне у наших пуделей, так это их умение ходить по рингу. Никогда их не учили этому неподражаемому гарцеванию, похоже оно у них врожденное.

 

Боня на экспертизе попытался укусить эксперта за нос, давая понять, что без боя и без первого места он отсюда не уйдет. Боя не получилось, но свое первое место он заработал.

 

Чувство превосходства у Геры и Бони развито настолько, что преобладает даже над здравым смыслом.

 

Когда Боня впервые вошел в дом, трехмесячный Гера тут же, взгромоздившись на диван, сделал лужу, давая понять, что это его вотчина. К сожалению, это повторялось неоднократно. Подросший Боня тоже стал предъявлять права на этот диван и обоим попадало нещадно. Боня и ГераНаконец, Боня решив, что с данным диваном разобраться сложно и, вероятно, уже невозможно выяснить, кто же получил приоритет, сделал заявку на кухонный уголок. Уголок вымыли, Боню наказали и однажды случилась совершенно потрясающая вещь. Все собачники знают, что собаки, пытаясь пометить территорию, стараются задрать лапу как можно выше, чтобы показать свое превосходство. Боня, очевидно, вообразил себя суперменом и решил утереть нос всем, в том числе и Джеру. Этот бесстыдник взгромоздился на кухонный стол и надул прямо на столешницу.

 

К счастью это было только однажды. Но, как ни странно, после этого случая, диван оба оставили в покое. Зато принялись за новый палас. При каждом удобном случае они врывались в комнату и наперебой – кто больше – оставляли там знаки отличия. Боня, отвоевывая территорию побольше, умудрялся лить по синусоиде. Пришлось на дверь ставить задвижку. Таким образом, я им дала понять, что границы в квартире определяю все-таки я. Они были очень разочарованы и опечалены, но предмет спора стал недоступен и проблема ушла сама собой.

 

Но вскоре произошел еще один интересный случай. Я практически никогда не хожу к друзьям с собакой. Но вот однажды, когда Боне было уже полтора года, я пришла с ним к своей приятельнице, у которой тоже живут две собаки – бладхаунд Гена и английский кокер Ирюша. В то время у Ирюши родилось четверо очаровательных малышей. Гена и ИрюшаМамой, Ирюша оказалась, мягко говоря, безответственной и детей усыновил Гена.

 

Он загонял Ирюшу в коробку к щенкам, когда подходило время кормежки, выгонял ее, когда Ирюша пыталась слопать то, что было предназначено детям, согревал малышей, одним словом, взял на себя все тяготы по воспитанию и уходу за детьми.

 

Как раз в этот период мы с Боней и заглянули «на огонек». Меня усадили пить кофе, хозяйка квартиры уселась со мной, Боня, естественно, мотается рядом, на кухне, а Гена, со скорбной рожей, наблюдает за нами через дверное стекло. И вдруг, на глазах у потрясенного Гены, хозяйка квартиры угощает Боню кофе, налив его в ладошку. Гена врывается на кухню и с ненавистью смотрит на Боню, прекрасно зная, что пока кофе не допит – мы не уйдем, и этот черномазый, если его не остановить, слопает в доме все припасы. Гену выдворяют за дверь и он продолжает следить сквозь стекло за сохранением порядка и припасов.

 

Но вот кофе допит, докурена последняя сигарета, закончены разговоры и мы собираемся прощаться. Я одеваюсь, Боня ухаживает за Ирюшей и вдруг моя приятельница выносит показать щенка. Гениного РЕБЕНКА!

Вот тут самообладание Гену покидает и он бросается на Боню. Боня, не имея никаких видов на щенка, как говорится, ни сном, ни духом, естественно возмущен и бросается на Гену.

 

Секундная свалка, Гену оттаскивают, закрывают в комнате, Боня, в отместку, задирает в прихожей лапу. Нате вам!…

 

Вот тебе и гости.

 

Ляльке уже третий год, она ведет себя в моем присутствии тише воды, ниже травы, но свою стервозность она сохранила и иногда ее проявляет. Сделав свои дела на улице, кобели начинают носиться друг за другом. Лялька, естественно, за ними не успевает -  скорость не та, но пакость она сделает обязательно и именно Гере. Каким-то образом, она умудряется догнать Геру, ухватить его за хвост, либо за заднюю лапу и повисает на нем как клещ. Если она висит на хвосте, то Гера, естественно, скорость теряет, а эта мымра буквально болтается в воздухе, но заставить ее отпустить Геркин хвост не представляется никакой возможности.

 

Если она повисает на лапе, Гера, естественно, на ходу падает, Боня тут же налетает на Геру, Лялька продолжает с остервенением жевать Геркину лапу и, мало того, она готова ее вообще оторвать и забросить куда-нибудь подальше.

 

Трудно сказать, кто из наших собак наиболее интересен. Каждый по-своему.

 

Гера, например, самый разговорчивый. Не в пример другим, он никогда не лает на дверной звонок. Зато он неподражаемо отвечает на вопросы, что-то просит, кого-то ждет…
Например, на вопрос «А где Сережа?» - он тоненько произносит – и-и-и……
……………………………………………………………………………………………………..
Эти заметки были написаны около 20 лет тому назад. Это было счастливое начало 90-ых, когда все они были еще живы…

Послесловие от Автора:

В конце верстки этого сайта, не дожив ровно месяц до своего шестнадцатилетия, в ночь на 4 мая 2006 года, умер Боня - последний из четверых, о которых здесь рассказано.... Я не стала исправлять упоминания о Боне из настоящего в прошедшее время - пусть он останется здесь живым.